Ufostation - Направление Земля

Антропология и антропогенез - 2012

Опубликовано27 декабря 2012  Комментариев Комментариев: 1  Прочтений 4775
Антропология и антропогенез - 2012Откуда мы такие взялись и что, собственно говоря, означает слово «такие»? Вот вопросы, на которые пытается ответить антропология — комплексная, разветвлённая, растёкшаяся по древу дисциплина, которой «Компьюлента» попыталась придать чуть более определённую форму, сконцентрировавшись на антропогенезе (не только физическом) и самых общих работах, описывающих нечто основополагающее в человеке. Остальное отправлялось в рубрики «Психология», «Нейробиология», «Социология», «История» и т. п., но теперь снова пришла пора готовить солянку. Итак, всё самое антропологически интересное, о чём мы писали, читали и спорили в 2012-м.

Сначала, как водится, о самой общей тенденции.

В эпоху «до исторического материализма» наука и философия интересовались тем в человеке, что отличало его от мира природы. Философ XX века Мераб Мамардашвили так обобщил это направление мысли: «Человек, на мой взгляд, — это существо, которое есть в той мере, в какой оно самосозидается какими-то средствами, не данными в самой природе. Или, другими словами, человек в том человеческом, что есть в нём, не природное существо, и в этом смысле он не произошёл от обезьяны. Человек вообще не произошёл ни из чего, что действует в природе в виде какого-то механизма, в том числе механизма эволюции. Он чётко выделен на фоне предметов, составляющих природу и космос, тем, что мы интуитивно называем в нём человеческим, и это не может быть приписано по своему происхождению никаким механизмам ни в мире, ни в биологии, ни в самом человеке. Повторяю, человек есть существо, которое есть в той мере, в какой оно самосозидается».

Предвидя ярость наших дорогих читателей-технарей («Идеализьм!»), спешим перевести это высказывание с философского языка на более русский: человек есть то единственное в природе, что обладает сознанием, а сознание не может быть описано ни физическим, ни биологическим, ни психологическим инструментарием. Напротив, «примитивный» язык символов (мифа, искусства) справляется с этим прекрасно. (Только понять его нелегко: требуется деструкция и расшифровка — иными словами, одного мышления мало, нужно мышление о мышлении.) Дело вовсе не в том, что так называемые идеалисты предполагали сознание существующим отдельно от человека, а в том, что говорить о сознании таким образом очень удобно: как будто сознание (Бог, Самость, мир идей) — это какая-то запредельная сфера, в которую как бы ныряет ветхое человеческое «я», а выныривает уже новое «я», то есть обладающее идеей, мыслью, пониманием (и, что немаловажно, узнающее мысль или идею как таковую).

В этом смысле о человеке всё было сказано в древности (не такая уж большая тайна — человек). Но остаётся проблема понимания сказанного. К тому же символы зачастую воспринимаются буквально, то есть не как символы, а как указания на реально существующие предметы и личности (тот же Бог). Приходится всю дорогу их расшифровывать, разъяснять и по ходу дела выдумывать и совершенствовать особый язык, абсолютно непонятный непосвящённому, — язык философии, в котором эти двусмысленности элиминированы. К тому же между нами и смыслом символико-философских высказываний прошлого всегда существует очень толстый экран — культура. Например, нам вдалбливают, что, мол, Платон (Декарт, Гегель) был идеалистом, сиречь дурачком, веровавшим в мир идей, тогда как любому нормальному человеку ясно, что такого мира нет и быть не может. И пока ты сам не осуществишь некий опыт мышления (никакое чтение не гарантирует тебе это), ты не сможешь снять культурную маску, надетую на Платона. Некоторые ради этого опыта и сами становятся философами: взять хотя бы Шопенгауэра, который хорошо понимал, что не скажет ничего нового, призывая в предисловии к своему главному труду читать Канта, а ещё лучше — Платона, а ещё лучше — «Упанишады».

Отчасти из-за непонимания языка символов и философии, отчасти из-за интереса к познанию всех сторон действительности различение человеческой и животной (или — в религиозных системах — божественной и человеческой, высшей и падшей) природы в человеке стало исчезать из науки (а отчасти и из философии). Человек стал восприниматься как особая, но всё же часть животного мира, и в последние десятилетия (на фоне успехов биологии и нейробиологии, психологии и приматологии) окрепло убеждение в том, что детальным описанием всех физических процессов в человеческом организме (прежде всего в головном мозге) мы получим работающую независимо от тела психику и сознание. Учреждён проект по переносу человеческой личности в киберпространство (обсуждают эту тему очень давно, надо заметить). Нейробиологи спорят о локализации самосознания и свободной воли в мозге, а приматологи — о личности у шимпанзе, отучившись разделять инстинкт и мышление. Всё это напоминает надежды учёных времён Лапласа на то, что, описав каждую частицу во Вселенной, мы получим полную картину прошлого и будущего. Как вы помните, через некоторое время эта теория была самым жестоким образом похерена квантовой механикой. Такая квантовая механика в науке о человеке уже есть — это метафизика. Но её сегодня принято не понимать и высмеивать (в то же время отказаться от неё не удаётся, и то тут, то там мыслители принимаются воскрешать старые идеи под видом новых философских систем вроде экзистенциализма, структурализма и др.).

Разумеется, в значительной степени мы все животные, и очень сложно разделить, в какой мере работа сознания (этот философский термин во многом совпадает с психологическим термином «психика», но не с психологическим термином «сознание»; не путайте) обусловлена нейрофизиологическими процессами, а в какой, напротив, воздействует на них. Представляется, что психофизиологические дисциплины идут к тому же самому (со своей, «материалистической» стороны), к чему метафизика пришла ещё до нашей эры и выразила на языке сверхъестественного. Здесь следует указать на чрезвычайно интересные исследования, которые проводит Эндрю Оуэн: он и его коллеги пытаются общаться с людьми, пребывающими в так называемом вегетативном («растительном») состоянии. Эксперименты вроде бы намекают на то, что мозг таких людей сохраняет способность к нейрофизиологическим процессам, характерным для находящимся в сознании (здесь слово «сознание» употреблено в медицинском смысле). К сожалению, никак нельзя проверить, действительно ли люди-растения обладают сознанием или же их мозг автоматически реагирует на внешние раздражители — в том числе на такие сложные, как просьба вспомнить родственников или представить игру в теннис. Очевидно, что для прояснения границ и степени взаимодействия нейрофизиологических, психических и мыслительных процессов необходимо активнее исследовать людей спящих и заведомо находящихся без сознания. Нечто подобное уже делалось, ведь интерес к мозгу родился не вчера, но вчера не было такого оборудования, как сегодня.

Теперь давайте извинимся перед Кириллом Стасевичем за то, что разворошили его епархию (я предупреждал: антропология — штука ветвистая), и приступим к табели самых интересных новостей 2012 года. Учёные попытались предложить ответы едва ли не на все вопросы этой дисциплины. Итак, в хронологическом порядке.

Когда наш предок слез с дерева?

Анализ зубов загадочного вида Australopithecus sediba, обнаруженного четыре года назад в пещерах Малапа к северо-западу от Йоханнесбурга (ЮАР), показал, что это странное существо, которое считается некоторыми промежуточным звеном между австралопитеками и людьми (Homo), питалось в основном листьями, фруктами, древесиной и корой. Учёных это сильно удивило, потому что в то время (примерно 2 млн лет назад) все прочие гоминины налегали на травы африканской саванны.

Следует отметить, что есть, как жираф, Au. sediba никто не заставлял: вокруг раскинулись обширные пастбища. И эти особи, обладая адаптациями и для лазанья по деревьям, и для прямохождения, выбрали жизнь в лесу. Точно так же поступают сегодня шимпанзе, а в глубокой древности — 4,4 млн лет назад — похожий образ жизни вёл Ardipithecus ramidus.

Какой из этого следует вывод? По-видимому, австралопитеки старались занять все подходящие экологические ниши, не подозревая о том, что пару миллионов лет спустя им припишут желание стать нашими предками. Возможно, Au. sediba (далеко не все учёные готовы признать правомерность выделения данных образцов в отдельный вид) был той ветвью, которая не имеет к Homo никакого отношения.

Мив Лики и Фред Спур собирают окаменелости близ того места, где был обнаружен KNM-ER 62000. (Фото Mike Hettwer / National Geographic.)
Мив Лики и Фред Спур собирают окаменелости близ того места, где был обнаружен KNM-ER 62000. (Фото Mike Hettwer / National Geographic.)


Откуда взялся человек?

Специалисты уже лет сорок подозревают, что прямая, как стрела, линия наследования от Homo habilis через Homo erectus к Homo sapiens — чрезмерное упрощение. И в этом году было представлено, пожалуй, наиболее солидное доказательство тому, что к нам ведёт несколько эволюционных тропинок. Анализ трёх образцов, обнаруженных близ озера Туркана (Кения), показал, что 1,7−2 млн лет назад в Восточной Африке бок о бок с Homo erectus жили ещё как минимум два представителя рода Homo.

Один из черепов (KNM-ER 62000) с относительно крупной полостью и длинным, плоским лицом удивительно похож на образец 1470, который был обнаружен в том же районе в 1972 году и который позволил едва ли не впервые высказать мысль о многочисленности наших предков. Судя по новой находке, подобные черты не случайность.

Попытка реконструкции человека из Оленьей пещеры (изображение Peter Schouten).
Попытка реконструкции человека из Оленьей пещеры (изображение Peter Schouten).


Неандертальцы, денисовцы... Да сколько их было-то?

А сожительствовало с человеком разумным явно больше видов Homo, чем мы себе воображали. На юго-западе Китая в Пещере благородного оленя (или просто в Оленьей) обнаружены останки четырёх особей, которые могут оказаться представителями неизвестного науке вида. Поражает уже то, что костям всего 14,5−11,5 тыс. лет: до сих пор самому юному представителю рода Homo, отличному от sapiens и обнаруженному в континентальной части Восточной Азии, было 100 тыс. лет.

Учёные указывают на смесь архаичных, современных и уникальных черт: округлая черепная коробка с выступающими надбровными дугами, плоское, но короткое лицо с широким носом и выступающими челюстями, но без человеческого подбородка. Мозг весьма умеренного размера, лобные доли выглядят по-современному, а теменные — примитивны и малы. Зато коренные зубы больше, чем у людей.

Стоит отметить, что в 1979 году в Китае уже находили аналогичный череп. Ждём теперь полноценного антропологического и генетического анализа, а также результатов дальнейших раскопок. Между прочим, некоторые специалисты и раньше предупреждали, что, как только копать начнут во всём мире, мы сразу же убедимся в жалкой неполноте наших представлений об антропогенезе.

Музейная модель неандертальца (фото Wikimedia).
Музейная модель неандертальца (фото Wikimedia).


Информация
Комментарии
1 | altlisek 02 января 2013 13:21:43
Вообще-то, "сознание" - это полурелигиозный термин, который "курят", а не используют как инструмент исследования. Есть же общепринятый научный термин "интеллект", но автору он либо не известен, либо не интересен ибо не вырабатывает в мозгу "гормоны счастья" Smile
Добавить комментарий
Имя:

код подтверждения
Добавить статью
Главное
Публикации
Обновления сайта
Подписка на рассылку:
Рассылка The X-Files - ...все тайны эпохи человечества
Это интересно