Авторизация | Регистрация
Ufostation - Направление Земля
Просмотр темы

Глаза гуманоида - очи ребенка

martin61
Современное естество|знание чуждо Истине, ибо блуждает во тьме пустых условностей. Знание древних - тождественно Истине, ибо в своем целомудрии они все понимали буквально: Истину мудрые и определяют как СМЫСЛ ПРЯМОЙ, рознь с которым есть шаг к его утрате. Шаг этот некогда и совершил Аристотель Стагирийский, автор понятия "переносный смысл" - метафоры в худшем значении слова как ПЕРЕНОСА ИСТИНЫ В НЕСУЩЕСТВОВАНИЕ, запутавший им людей в разумении того, что есть истина, а что ложь, и посему выступающий главным УБИЙЦЕЙ ИСТИНЫ, СМЫСЛА ПРЯМОГО (о смысле-то этом рек Воланд, что свежесть бывает лишь первой и никакой иной), взяв опорою слов своих слухи и домыслы (в трудах его не счесть "надо думать", "возможно" и проч.), а не истину.

Некогда Иисус призывал людей уподобиться детям в борьбе со Злом.
Он, конечно, имел в виду одно: отсутствие у детей розни в зрении Сущего,
т.е. ОПОРУ ИХ НЕ НА МЕТАФОРУ (= ОБРАЗ, ПОДОБИЕ), А НА ЖИЗНЬ.
Читаем Корнея Чуковского, славную книжку "От двух до пяти":

…период языкового развития, когда дети начинают примиряться с метафоричностью наших «взрослых» речей (…), насколько мне удалось заметить, у нормальных детей начинается на шестом году жизни (Шесть — число в|ремен|и, брения — Авт.) и заканчивается на восьмом или девятом. А у трехлетних и четырехлетних детей такой привычки нет и в зародыше. Логика этих рационалистов всегда беспощадна. Их правила не знают исключений. Всякая словесная вольность кажется им своеволием.

Скажешь, например, в разговоре:
— Я этому дó смерти рад.
И услышишь укоризненный вопрос:
— Почему же ты не умираешь?

(…………….)

Бабушка сказала при внучке:
— А дождь так и жарит с утра.
Внучка, четырехлетняя Таня, тотчас же стала внушать ей учительным голосом:
— Дождь не жарит, а просто падает с неба. А ты жаришь котлету мне.

Дети вообще буквалисты. Каждое слово имеет для них лишь один-единственный, прямой и отчетливый смысл — и не только слово, но порою целая фраза, и, когда, например, отец говорит угрожающе: «Покричи у меня еще!» — сын принимает эту угрозу за просьбу и добросовестно усиливает крик.
— Черт знает что творится у нас в магазине, — сказала продавщица, вернувшись с работы.
— Что же там творится? — спросил я.
Ее сын, лет пяти, ответил наставительно:
— Вам же сказали, что черт знает, а мама разве черт? Она не знает.

(…………….)

Свежесть реакций ребенка на взрослую речь сказывается именно в том, что каждую нашу идиому дети воспринимают буквально.
— С тобой голову потеряешь, ей-богу! — говорит, например, сердитая мать.
— Со мною не потеряешь: найду — подниму.

Про какого-то доктора большие говорили в присутствии Мити, что денег у него куры не клюют. Когда Митю привели к этому богатому доктору, он, конечно, сейчас же спросил:
— А где у тебя твои куры?

Для взрослых всякая такая реализация метафоры является, конечно, сюрпризом. Тот, кто сказал про старуху, будто она «собаку съела», даже не заметил, что упомянул о собаке. Тот, кто сказал о сварливых супругах, будто они «живут на ножах», не заметил в своей речи ножей. Тот, кто говорил про богатого доктора, будто куры не клюют его денег, ни на минуту не подумал о курах. В том и заключается огромная экономия наших умственных сил, что, оперируя готовыми штампами речи, мы почти никогда не вникаем в их изначальный смысл. Но там, где для нас — привычные комбинации примелькавшихся слов, стертых от многолетнего вращения в мозгу и потому уже не ощущаемых нами, для ребенка — первозданная речь, где каждое слово еще ощутимо.

…………….

Аристотель трудами ЛИШИЛ ОЧИ ВЗРОСЛЫЕ ДЕТСТВА; долг наш - ВОЗВРАТИТЬ ИМ ЕГО.

Сделать это отнюдь не столь просто, как кажется на первый взгляд. Само восприятие человека Земли конституционально настроено на ошибку: глаза наши, представляющие собой тела вращения, шары, отделены от мозга посредством структуры, именуемой оптическим перекрестом, или хиазмом, вследствие чего люди от самой утробы несут в себе когнитивную трещину: они ВОСПРИЕМЛЮТ ОДНИМ, А МЫСЛЯТ О ВОСПРИНЯТОМ - ДРУГИМ (притом, что на микроструктурном плане ткань глаза и мозга едина - нейроны). Строение тела продвинутных антропов, гостей Земли (их мы именуем инопланетянами) таково, что глаза у них не существуют как отрешенные от мозга тела - очами является САМ МОЗГ (у Гостей - черный как Вечность, Тьма-Мать), ВЫПИРАЮЩИЙ ИЗ ГЛАЗНИЦ НАРУЖУ. Это сингулярное устройство плоти эмиссаров Вселенной, в каком антропы ЗРЯТ И МЫСЛЯТ О ЗРИМОМ ОДНИМ И ТЕМ ЖЕ, строго согласно детскому, ЦЕЛЬному, мировосприятию, - имея которое не только в детстве, но на протяжении всей жизни, древние люди, согласно строке Гомера, "МЫСЛИЛИ ОЧЬМИ".
 
Ajjax
martin61 написал:
В том и заключается огромная экономия наших умственных сил, что, оперируя готовыми штампами речи, мы почти никогда не вникаем в их изначальный смысл. Но там, где для нас — привычные комбинации примелькавшихся слов, стертых от многолетнего вращения в мозгу и потому уже не ощущаемых нами, для ребенка — первозданная речь, где каждое слово еще ощутимо.

При изучении иностранного языка взрослые тоже удивляются чужим фразеологизмам. А свои настолько въелись в мозг, что часто принимаются за реальность.
 
Millisent
Простота и прямота речи не могут служить показателем детской наивности и чистосердечия, о которых говорил Христос. Быть детьми - это значит быть добрыми, естественными, любящими по зову сердца, а не по велению разума. И совсем не важно, говорит при этом человек как ребёнок или как взрослый, употребляет афоризмы или нет. Тем более, что многие слова сами по себе являются одной сплошной метафорой, понять которую дети ещё не могут.
 
Ajjax
Метафоричность языка – неизбежное явление, без него мышление будет компьютерно однобоким. Но гуманоиды-то тут причем, с их глазами?
 
Ajjax
Да и само противопоставление глаза – очи для ребенка непонятно. Еще менее понятно, чем «голову потерять». За что боролись, на то и напоролись.
 
Переход: